Разжиревшие певцы отвечают самими собой, когда им задают вопрос о творческих задачах. Их поджидают дорогие машины. Поклонение тысяч покупателей, которые несут домой диски, подогревает людей, у которых нет ни малейшего интереса продолжать петь. Столько огня в наших артистах — хватило бы запустить ракету, чтобы отправить в космос всех этих плутов, чтоб они смогли вернуться, лишь когда огонь в аппарате погаснет. Из-под их грубых лап выходят диски, и бокалы в их руках послушны, как дрессированные тюлени. Наверх всплывает то, что не тонет. Счастье певца в том, что ему удалась эта песня, как обронил австро-бард, как его здесь называют — ^наверное, потому, что у его песен длинная борода была ещё в те времена, когда сам он не родился. Такое уместно ронять по садам-огородам, когда в разгар сезонных работ все толкутся в одной мансарде, занятые банками и бутылями, то и дело подтирая там, где человек и животное, окрылённые своими большими и малыми делами, роняют их по всему помещению.
Ползут по лесной дороге гружёные лесовозы; самое быстрое и лучшее, что было принесено им в жертву, — это «гольф-GTI», который угодил им под передние колёса ещё до того, как они смогли им налюбоваться. Но временами мы предпочитаем слушать австр. песни по радио, которое косо висит под сенью распятого деревянного Господа Бога, в самом правом углу, какой только найдётся, — где, кстати, поедается и наш завтрак, — жалко смотреть, но нет, Бог не оставит нас и никогда не сойдёт с этой полки. Всё свежеотремонтировано. И душевые кабинки поставлены новые.